Ильяс Зейтуллаев: "Есть риск попрощаться с Суперлигой, но..."

В 18-м туре Суперлиги "Бунёдкор" продолжил свою серию поражений. На этот раз они уступили команде из Коканда со счетом 0:1 на домашнем поле. Главный тренер хозяев Ильяс Зейтуллаев принял участие в пресс-конференции и ответил на вопросы.

— Я бы не сказал, что это "поражение", я говорю "результат". Каждый смотрит на события со своей точки зрения. Как тренер, я могу сказать следующее: если бы мы проиграли со счетом 5:0, 6:0 или 7:0, я бы задумался гораздо глубже. Но мы проигрываем с минимальным счетом уже в седьмой игре подряд. Это значит, что команда еще жива. Конечно, есть некоторые недостатки, но мы должны двигаться вперед и бороться до конца.

— Вы сами сделали очень точный анализ. На таком поле было трудно играть в комбинационный футбол. Как вы думаете, может, стоило играть другим стилем?

— Мы не можем играть в другой футбол. Это не в нашей ДНК. У нас есть свой стиль игры, который сложился в "Бунёдкоре" с академии. Мы пытались играть в комбинационный футбол, хотя бы старались.

Вы видели состояние поля. Это, конечно, большая проблема. Большинство наших игроков не высокого роста, они технически хорошо подготовлены и играют короткими пасами. Для нас важны короткие передачи на 10–15 метров. Поэтому мы не можем играть другим стилем. В прошлом году у нас был Луис. Тогда мы играли по-другому, чтобы выжить — не вылететь в низшую лигу: отдавали мяч ему, выводили на фланг, делали кроссы. Так пытались добиться результата. Если бы мне дали возможность сыграть против "Андижана" еще раз в таких же условиях, я бы снова вышел с таким же составом и планом. Потому что на третьей минуте игры мы допустили ошибку, которую опытный игрок не должен был допускать. Может, в первые десять минут стоило сыграть проще. Мы сами подарили гол, и соперник этим воспользовался.

В целом, поле не позволило нам играть в тот футбол, к которому мы стремимся. Для технически сильных игроков чем качественнее поле, тем больше возможностей. Мяч не прыгает, его легче контролировать на земле. Тогда ты можешь сделать разрезающий пас, обмануть соперника один на один или отдать передачу с фланга. Каков был бы результат — никто не знает. Может, опять проиграли бы, а может, и нет. Это никто не может точно сказать.

— На "Matchday" в первом круге мы видели использование микрофонов и камер на играх "Бунёдкора". В эфире транслировались разговоры между тренерами, тактические указания. Некоторые тренеры просят убрать микрофоны, опасаясь, что соперник узнает их основные планы. Как вы относитесь к этой открытости?

— Я думаю, это должно было быть введено давно. Сейчас через Netflix можно слышать Артету, Гвардиолу, Клоппа. Они спокойно обсуждают тактику в раздевалке. В интернете почти всё в футболе уже есть — почти всё доступно. Поэтому то, что мы, тренеры в Узбекистане, говорим, не является большим секретом. Там даже лучшие тренеры мира рассказывают о своих тактиках.

Я думаю, это очень интересно для болельщиков. В Узбекистане фанаты живут футболом, они живут эмоциями. Почему бы не дать им другой контент?

Я не вижу в этом ничего плохого. Наоборот, это еще больше приближает людей к футболу. Они чувствуют эмоции тренера, видят, где именно игрок действует. Я думаю, это хорошая практика.

— У нас же, напротив, часто случается, что как только приближается камера, говорят "выключите камеру, выключите звук". Почему, по вашему мнению?

— Потому что у нас существует такое мнение: "Все меняет, значит, что-то планирует". Но на деле через пять минут всё равно на поле видно — кто где играет, кто куда движется. Люди хотят слышать, что говорят тренеры. Вы правы: болельщики хотят другой контент, другое качество.

Кто где играет, кто куда открывается — это им интересно. Поэтому я считаю, что тренеры должны быть более открытыми в этом вопросе.

— То есть вы сторонник открытости?

— Да, я считаю, что это может быть культурным достижением. Что нужно скрывать, например? Если у тебя нечего скрывать, ты открыт, работал всю неделю — почему нужно что-то скрывать?
Конечно, некоторые вещи не обязательно раскрывать. Но почему не быть открытыми? Например, если кто-то к нам приходит, мы приглашаем его, чтобы чему-то научиться. Почему мы не можем чему-то научиться сами? Фабио тоже открытый человек. С ним можно поговорить, чему-то научиться. Узнать что-то хорошее от другого специалиста — это возможность. Почему бы не воспользоваться ей? Поэтому я больше сторонник открытости. Это было бы очень хорошо.

— В текущей ситуации, почему команда играет? В клубе нет президента, есть проблемы с премиями, зарплатами. Что мотивирует игроков в таких условиях? Какова их цель?

— Очень хороший вопрос. Почему мы играем? Прежде всего, чтобы мотивировать молодежь, дать им уверенность и вдохновение. Конечно, к каждому игроку нужно иметь индивидуальный подход. Например, мотивировать взрослых игроков с семьями очень сложно. Тем не менее, они борются, не покинули команду, хотят помочь клубу. Для молодых игроков это большая возможность проявить себя.

Мы остались, не покинули клуб, поэтому на тренерский штаб легла большая ответственность. Конечно, есть риск попрощаться с Суперлигой. Но когда я остался, чтобы помочь этому клубу и этим молодым игрокам, я поставил перед собой цель: бороться до конца в каждом матче. Поэтому каждый игрок должен поставить такую же цель перед собой. Мы должны на оставшиеся силы попытаться удержаться в Суперлиге.

— А что, если судьба "Бунёдкора" уже решена?

— Если все уже давно решено, если "Бунёдкор" должен вылететь в низшую лигу или клуб должен быть расформирован, обанкротиться, это не в моих руках. Значит, так должно быть. Мы же будем играть, тренироваться, бороться и делать всё возможное до конца. Потому что на результат игры влияет много факторов. Мы тренируемся, затем судья может добавить 12 минут в конце игры, назначить пенальти, и ты проигрываешь. Что тогда? Тренер плохой? Игроки плохие? Нет. Ты всё равно продолжаешь работать. Ценность человека не зависит только от результата. Ты знаешь свою ценность, знаешь, куда идешь и что можешь сделать. Моя или ценность тренерского штаба не зависит от результата. Оценивать всё только по результату — это неправильно. Сегодня игроки хорошо сыграли в футбол. Поэтому результат — это просто внешнее проявление и ничего больше.

— Вчера в чемпионате U-20 зафиксирована победа со счетом 5:0. Сейчас они идут на втором месте в чемпионате. Не вызывает ли это у вас беспокойство? Особенно, если лидеры могут бесплатно покинуть "Бунёдкор", хотя в будущем их можно было бы продать за 100–200 тысяч долларов.

— Прежде всего, я хочу отдельно поздравить тренерский штаб нашей "дубль" команды. Они проделывают очень хорошую работу. Там очень тонкая ситуация. Нужно правильно распределить нагрузку на игроков. Некоторые ребята играли вчера, играли и сегодня. Они были на поле 45 минут, кто-то устал. Поэтому нужно учитывать их состояние. Тем не менее, мы хотим, чтобы "дубль" завершил чемпионат на как можно более высокой позиции. Почему это не должно быть?

Если клуб будет расформирован, закрыт или обанкротится, игроки могут уйти, чтобы играть где-то. Если они уедут за границу — почему бы и нет? Хороший клуб их купит — почему бы и нет? Или у нас есть ведущие клубы: "Пахтакор", "Нефтчи", "Навбахор". Почему бы не перейти туда? То, что они идут на втором месте сейчас, часто бывает, когда в клубе серьезные проблемы.

Основная команда начала падать, потому что у нас много молодых игроков в основном составе. А из "дубля" почти никто не ушел, они остались там. Это потому что молодые игроки "Бунёдкора" действительно хорошие футболисты. Поэтому они играют на таком высоком уровне. Мы рады этому. Их воспитали многие тренеры в академии "Бунёдкор". Тренеры в академии тоже хорошо работают с ними. Поэтому их результат — это прежде всего их собственная работа и заслуга тренеров академии.

— Последний вопрос. Если бы вам предложили стать помощником Фабио Каннаваро, приняли бы вы это предложение? Вы хорошо знаете итальянский футбол, его стиль. Было бы интересно работать вместе, не так ли?

— Интересный вопрос. Сейчас я живу только сегодняшним днем. Например, когда я смотрю на игроков сегодня, они очень устали. Мы все устали. Будет неправильно, если я как главный тренер оставлю их, "Ребята, удачи", скажу. Поэтому я живу день за днем и даже не знаю, что будет завтра. Может быть, завтра они придут и скажут: "Мики, большое спасибо за ваш труд. Теперь мы продолжим без вас". Если так будет, я попрощаюсь с игроками, а затем рассмотрю предложения. Куда я пойду, покажет Бог. Работать с Фабио может быть честью для любого тренера. Но у него есть свои помощники, свои хорошие специалисты. Поэтому я не могу сказать ничего конкретного об этом.

— Но он тоже ищет помощников в свой штаб, верно?

— Да, конечно. Если мы хотим расти, мы должны повышать свой уровень. Я никого не скрываю. Просто говорю, что работать с ним было бы честью для меня. Но там всё занято, у него есть свои люди. В этом вопросе есть некоторые тонкости, и я не хочу говорить о них. Это будет неправильно. Я гражданин Узбекистана, я вырос здесь. Уезжал за границу, но никогда не менял своего гражданства.

Я люблю свою страну. Сейчас мои дети тоже ходят в школу здесь. Моя жена тоже учит узбекский язык, она записалась на курсы. Поэтому я люблю свою страну. Я хочу внести все, что могу, сюда, в наш футбол, поделиться своим опытом.

— У нас также есть вопросы поддержки чемпионата, развития футбола. Что вы думаете об этом?

— Мы должны работать здесь тоже. Мы должны правильно определить направление. За границей так же — люди открыты, общаются без страха. Я тоже говорю с вами откровенно. Например, люди знают, о чем я беспокоюсь. Я не скрываю своих чувств», — приводит слова Зейтуллаева корреспондент Tribuna.uz.